Советские и американские охотники за ураганами забыли о политических разногласиях ради науки. Сентябрьской ночью 1988 года ураган Гилберт, будучи ураганом категории 5, пронесся через Ямайку, направившись к Мексике и, возможно, США.

Боб Шитс (Bob Sheets), который тогда был директором Национального центра изучения ураганов (National Hurricane Center), написал в своем электронном письме, что незадолго до этого он отправился домой, чтобы немного отдохнуть, и, вернувшись на работу рано утром 13 сентября, он оказался в центре споров между США и Советским Союзом, начавшихся из-за «охотников за ураганами», которые должны были направиться к Гилберту.

«Мы проспорили до самой ночи, так и не отправив ни одного летчика к урагану», — написал Шитс, объяснив, что советский самолет, поднимавшийся в воздух с базы на Кубе, очевидно, сообщил о своих планах полета Федеральному авиационному управлению в Хьюстоне.

Джон Пейвон (John Pavone), который тогда был и до сих пор является главой отдела авиаразведки в Национальном центре изучения ураганов, сообщил Шитсу, что самолет ВВС США не полетит внутрь урагана, если они не будут знать, где именно находится советский самолет. Федеральное авиационное управление, по всей видимости, заверило ВВС США, что они могут лететь внутрь урагана самостоятельно, добавив, однако, что оно не в силах «заблокировать» для них зону урагана.

«Джон рассказал мне об этом, когда я был на совещании и готовил свежую информацию (для СМИ)», — написал Шитс в своем электронном письме. Спенсер Кристиан (Spencer Christian) из программы Good Morning America на канале АВС стал свидетелем этого разговора.

«Он спросил меня, можно ли ему задать мне вопрос об этом в прямом эфире. Я колебался. Но затем я решил позволить ему спросить меня об этом. В прямом эфире я сказал, что у нас возникли некоторые сложности с проведением разведывательного полета ВВС США к урагану из-за того, что советский исследовательский самолет, находившийся на Кубе, сообщил, что в тот день он тоже планирует попасть внутрь урагана».

«Спустя всего 10 минут после того эфира в дело вмешался министр экономики, а сенатор из Техаса (не помню его имени) публично выразил свое негодование».

По словам Шитса, помимо того, что в зону урагана Гилберт должен был вылететь самолет WC-130 ВВС США, Национальная администрация по вопросам океана и атмосферы (NOAA) планировала отправить туда один из своих «охотников за ураганами» — WP-3 — для проведения исследований, что «могло обернуться одновременным появлением внутри урагана самолетов ВВС, NOAA и Советского Союза».

Шитс рассказал, что проблема была решена — по крайней мере, на тот момент — когда Говард Тичнор (Howard Tichnor), старший пилот самолета WP-3 NOAA, связался по радио с советским самолетом и они вместе выработали такой план, который устроил всех и который позволил успешно завершить все полеты. В сущности, этот план заключался в том, что эти три самолета должны были находиться на разной высоте.

В своем электронном письме Шитс также написал: «Конечным результатом всего этого стало то, что мы не вели наблюдение за ураганом в течение примерно 12 часов, пока Гилберт продвигался и входил в Мексиканский залив, опустошив Ямайку. На тот момент это был самый сильный из всех зафиксированных ураганов, и теперь он угрожал северу Мексики и югу Техаса».

Действительно, 13 сентября в 9:53 вечера по восточному времени, когда самолет P-3 NOAA, наконец, попал в гигантский глаз урагана, он зафиксировал давление в 888 миллибаров — самое низкое давление, зафиксированное к тому моменту в атлантических ураганах.

(Этот рекорд сохранялся до 19 октября 2005 года, когда очередной охотник за ураганами зафиксировал давление в 882 миллибара внутри урагана Вилма в Карибском море, к юго-востоку от полуострова Юкатан.)

К счастью, ярость Гилберта не коснулась США в полной мере. Гилберт обрушился на Юкатан, будучи ураганом категории 5, но, миновав этот полуостров, он немного ослабел и нанес удар по Мексике, в частности по городу Ла-Песка в 100 километрах от юной границы США, став уже ураганом категории 2. Продвигаясь вглубь материка, Гилберт продолжал слабеть, обрушившись на Техас, Оклахому и Миссури проливными дождями.

Заминка с полетами в зону урагана Гилберт сблизила американских и советских ученых

По словам Шитса, США обратились во Всемирную метеорологическую организацию с просьбой включить в повестку следующего заседания обсуждение вопроса о том, чтобы все полеты к ураганам координировались через отдел авиаразведки в Национальном центре изучения ураганов США, чтобы избежать подобных проблем в будущем.

«Кубинцы решительно заявили, что они будут летать в любое время и в любом направлении без всяких согласований и что они не поддержат этот пункт в нашем плане, — рассказал Шитс. — Разумеется, мы знали, что это был советский самолет, а не кубинский. Я убрал этот пункт из повестки. Но затем мы организовали конференцию в России с той советской лабораторией, которая руководила этими исследовательскими полетами».

Питер Блэк (Peter Black), исследователь ураганов, прежде работавший в NOAA, и один из тех американских ученых, которые приняли участие в той конференции, рассказал, что, согласно итоговому советско-американскому соглашению, «первостепенная роль отводилась самолетам ВВС США, поскольку они всегда находились в состоянии полной готовности, а второстепенная роль — советским самолетам, которые выполняли исследовательскую функцию».

По его словам, США и Советский Союз подписали соглашение, согласно которому «мы должны летать на самолетах друг друга и посещать конференции, посвященные тропическим циклонам, которые будут организованы нашими странами».

«Мы никогда не летали вместе, но я принял участие в советско-кубинской конференции, посвященной тропическим циклонам, которая прошла в Москве, и Боб [Шитс] тоже побывал на одном подобном мероприятии, — продолжил Блэк. — Затем российская делегация из шести ученых посетила конференцию по вопросам изучения ураганов, организованную Американским метеорологическим обществом в Майами в 1991 году. Они представили как минимум один серьезный доклад, а затем с грустью вернулись в Москву, сказав, что больше такого не случится. Так оно и вышло, потому что в 1992 году Советский Союз распался, и их программа по изучению ураганов и тайфунов была окончательно свернута».

Еще до урагана Гилберт российские самолеты, находившиеся на кубинских базах, втайне от США вылетали в зону урагана Эмили в 1987 году, а также урагана Флойд и тропического шторма Крис, которые бушевали за месяц до Гилберта.

После Гилберта в 1988 году российские самолеты исследовали ураганы Габриэль и Хьюго, тропический шторм Айрис и ураган Джерри в 1989 году. В 1990 году они вылетали в зону урагана Клаус и тропического шторма Марко.

Кроме того, с 1984 по 1990 год русские летали к нескольким тихоокеанским тайфунам из Демократической республики Вьетнам (в США его обычно называли Северным Вьетнамом). Они не допускали конфликтов с американскими охотниками за ураганами. США прекратили совершать полеты к тайфунам в 1987 году.

По словам Блэка, «в конце 1990 года казалось, что советские исследования тропических циклонов продолжатся в обозримом будущем. При Михаиле Горбачеве с его политикой гласности и перестройки Национальный центр изучения ураганов и российские ученые тесно сотрудничали друг с другом».

Хью Уиллоуби (Hugh Willoughby), бывший директор отдела изучения ураганов в NOAA, находился на борту самолета WP-3, который зафиксировал рекордно низкое давление в глазу урагана Гилберт. Он вспомнил, как он однажды встретился с советским метеорологом — своего рода руководителем полетов — на международной конференции  по тропическим циклонам в Бангкоке за три года до Гилберта. Руководитель полетов — это метеоролог, который отвечает за метеорологические аспекты полета, указывает пилотам, какую часть урагана нужно исследовать и помогает им избежать зон наиболее сильной турбулентности.

По словам Уиллоуби, у этого метеоролога «были серьезные проблемы с тем, чтобы безопасно провести пилотов внутрь тропического циклона и убедить их, что они могут это сделать и остаться в живых». «Хотя это был период холодной войны, я решил объяснить ему, как наши пилоты проникают внутрь урагана. Мои коллеги из рядов вооруженных сил посчитали, что я не принадлежу к числу “хороших американцев”, и после этой беседы на меня обрушилась лавина критики».

«Однако, когда в начале 1990-х годов всех тех, кто в Бангкоке жаловался на отсутствие у меня верности принципам, пригласили в Москву, никто даже не подумал включить меня в состав делегации, хотя я серьезно рисковал, пытаясь помешать русским закрепиться в Тихим океане».

Вспоминая о Гилберте, Уиллоуби отметил, что «это было замечательно: все мы были внутри урагана вместе — своего рода “предгласность”».

По словам Блэка, после того как американские ученые встретились со своими российскими коллегами, один из россиян сказал, что все они были «братьями по ураганам». «Наши правительства пытались одержать верх друг над другом в конце холодной войны, и у советского правительства, вероятнее всего, были более зловещие планы по использованию нашего сотрудничества для расширения влияния в Северной и Южной Америках».

Блэк добавил: «Посреди всего этого, накануне распада Советского Союза, были мы, обычные ученые, которым удалось наладить тесную дружбу».

По его словам, двое российских ученых позже иммигрировали в США, чтобы продолжить заниматься наукой: «Программа сотрудничества стала тем самым средством, которое помогло им построить успешную карьеру. Ученые из России и США очень хотели, чтобы это сотрудничество продолжалось ради науки, ради развития их карьер и по множеству других причин, среди которых политическая выгода занимала последнее место».

«Наши правительства, возможно, имели другие планы, но я до сих пор убежден, что мы, ученые, стремились лишь выяснить правду о том, что из себя представляет ураган. И в то время у нас в распоряжении были одни из самых лучших инструментов в мире (самолеты-охотники за ураганами), которые помогали нам в выполнении поставленной задачи. Однако этому не суждено было случиться — такова жизнь».

http://inosmi.ru/science/20160807/237463883.html