Последние наблюдения за состоянием озонового слоя показали, что скорость его восстановления над Антарктикой заметно уменьшилась из-за растущих выбросов растворителя дихлорметана, который сегодня широко используется для производства пива, кофе и растворителей краски, говорится в статье, опубликованной в журнале Nature Communications.

"Монреальский протокол, ограничивающий использование фреонов уже 30 лет, успешно справился со своей задачей и ограничил тот ущерб, который люди наносят озоновому слою. Это открытие показывает, что данный успех может быть полностью обнулен, если другие источники газов, разрушающих озон, не будут открыты и ликвидированы прямо сегодня. Судя по всему, их источниками сегодня являются Индия и Индокитай, на изучение выбросов которых следует обратить особенное внимание в будущем", — прокомментировал открытие Грант Аллен, физик из Манчестерского университета (Великобритания).

В 1985 году Сьюзан Соломон (Susan Solomon), химик из США, и ее коллеги обнаружили, что фреоны и другие соединения галогенов разрушают озоновый слой, что в некоторых регионах Антарктики уже привело к появлению "озоновых дыр" – зон, через которые ультрафиолетовое излучение Солнца беспрепятственно достигает поверхности Земли.

В последующие годы начались масштабные международные переговоры, итогом которых стало подписание Венской конвенции в 1985 году и Монреальского протокола к ней в 1987 году, в рамках которых большинство государств мира согласилось прекратить производство веществ, разрушающих озоновый слой.

Быстрое принятие и реализация подобных планов, как выяснили ученые два года назад, приостановило рост озоновой дыры, удерживая ее в пределах Антарктиды и Арктики, но еще не привело к ее сокращению. Первые "видимые" результаты от запрета на производство фреона ученые ожидали увидеть во второй половине 2020 годов, однако этот процесс, как недавно выяснили Соломон и ее коллеги, уже начался в последние годы.

Джон Пайл (John Pyle) из Кембриджского университета (Великобритания) и его коллеги провели новую серию наблюдений за состоянием озонового слоя в Антарктиде, которые продемонстрировали, что этот процесс заметно замедлился в последние несколько лет, и раскрыли причину этого.

Изучая спутниковые снимки и данные с метеостанций в Антарктике, ученые обратили внимание на то, что воздух Антарктиды содержит в себе необычно много вещества, которое они не ожидали там увидеть – дихлорметана, одного из самых популярных реагентов в пищевой и химической промышленности. Кроме того, дихлорметан применяется в производстве фтороуглеводородов, аналога фреонов, безопасного для атмосферы и экологии.

Как рассказывают Пайл и его коллеги, ученые достаточно давно знают, что это вещество взаимодействует с озоном и разрушает его молекулы. Они не обращали на него пристального внимания по той причине, что молекулы этого растворителя очень быстро распадаются в атмосфере под действием солнечных лучей и других веществ и живут в ней не больше полугода.

Оказалось, что за последние годы концентрация дихлорметана в атмосфере выросла вдвое, и он сейчас начал достаточно сильно влиять на поведение озонового слоя, замедляя его восстановление. Сила действия дихлорметана в Антарктике, на самом деле, является относительно низкой, так как его основные источники находятся в северном полушарии. Там, как предполагают экологи, он гораздо сильнее влияет на состояние озонового слоя.

Как показывают расчеты ученых, дальнейший рост его доли в воздухе может отодвинуть время восстановления озонового слоя на 30 лет в будущее в лучшем случае, и вообще полностью остановить его при самом негативном стечении обстоятельств. Более того, даже если бы дихлорметан полностью прекратили использовать сегодня, то его присутствие в атмосфере уже затормозило затягивание озонной дыры над Антарктикой на пять лет.

По этой причине ученые призывают правительства всех стран мира заключить новое соглашение, аналогичное Монреальскому протоколу, в рамках которого будут запрещены все вещества, в том числе и дихлорметан, которые сегодня присутствуют в атмосфере и участвуют в разрешении озона.

https://ria.ru/science/20170628/1497431364.html