COVID-19 в марте усадил россиян на карантин, но вопросы о новом коронавирусе, причинах и сроках происходящего остаются. О том, почему в мире началась паника из-за вируса, который слабее Эболы и гриппа, об отставании России от США на одну-две недели по "вирусному" календарю, об искусственном происхождении 2019-nCoV, а также о том, сколько продлится пандемия, рассказала корреспонденту РИА Новости Наталье Парамоновой доктор биологических наук, профессор Школы Системной Биологии GMU (США) Анча Баранова.

— Почему медицинская система не справляется с коронавирусом, если, судя по тому, что говорят медики, аналогичные эпидемии и даже пандемии бывают и при гриппе?
— Мы можем прогнозировать число людей, которым требуется медицинская помощь в течение сезона гриппа. В зависимости от активности сезона может быть разная загруженность медиков. Например, два года назад в США был очень активный сезон гриппа и были переполнены госпитали. Тем не менее в отношении гриппа мы прогнозируем, какое количество будет легких заболеваний, сколько людей посидят дома с температурой, сколько попадет в больницы, а сколько погибнет. Например, в США в зависимости от сезона от гриппа гибнет около 16 тысяч человек. Это не маленькая цифра и она больше, чем цифра погибших от коронавируса, но это прогнозируемая величина. Надо отметить, что гибель происходит не только из-за самого гриппа, но и из-за отложенных последствий, то есть цифра оценочная.

В случае коронавируса инфекция распространяется быстро из-за того, что люди способны заражать друг друга на бессимптомной стадии заболевания, а потому число зараженных растет намного быстрее, чем при гриппе. Все, что мы сейчас можем, это делать проекции в будущее и предполагать, сколько людей заразится. Такие проекции мы делаем на основе динамики в Италии, Китае и других странах.

Медики составили так называемый вирусный календарь. За точку отсчета взята ситуация в Италии, как в стране, где слишком поздно были приняты меры. Начало календаря — день обнаружения первого зараженного. По этому вирусному календарю в США сейчас 6 марта, а в России — 28 февраля. Россия находится в отличном положении по сравнению с остальным миром. Здесь задержана эпидемическая кривая, Россия отстает от США на одну-две недели. Никто не хочет допустить развитие итальянского сюжета. Страны пытаются предотвратить развитие этого сценария путем растягивания эпидемии во времени.

Эта задержка необходима по двум причинам. Во-первых, потому что есть неплохой шанс, что тяжесть вызываемых вирусом заболеваний со временем будет снижаться из-за эволюции вируса с сторону большего приспособления к жизни в организме нового хозяина. А во-вторых, потому что системы здравоохранения во всех странах не рассчитаны на такое количество пациентов. Когда к запланированным больным с гриппом и ОРВИ добавляются незапланированные больные с коронавирусом, их общее количество становится слишком большим. Такие инфекционные больные занимают койки, особенно в реанимации, и на эти койки не попадают люди, которым также требовалась срочная помощь. Я имею в виду не плановые операции, а расчетные количества тех, кому понадобится помощь при инсультах, инфарктах и примерное число жертв аварий на транспорте, а также онкологических больных.

Все системы здравоохранения работают в соответствии с некоторыми расчетными моделями. Никакое общество не может себе позволить держать запас коек в сто раз больше, чем их реально требуется. Небольшой запас есть в зависимости от страны, он тоже известен, и понятно, когда все резервы будут исчерпаны. Поэтому все стратегии по борьбе с коронавирусом связаны с тем, как растянуть эпидемию, размазать ее во времени. Чтобы в день заболели меньше людей и с ними можно было справляться, обеспечивать лечение.

В США нам сначала сказали посидеть две недели в изоляции, но, по крайней мере до лета мы, скорее всего, останемся на таком осадном положении. Но все наладится, еду в магазины завезут, туалетную бумагу тоже.
— Довольно много разговоров о том, что смертность нового вируса то ли завышена, то ли занижена. Чему верить?
— Что касается процента смертности. Сейчас точно мы его назвать не можем. Два процента смертности в Китае характерны для этой страны с ее довольно молодой структурой популяции. Кроме того, Китай умудрился в масштабах страны это лечить. В Италии ситуация другая. Там больше смертность, потому что больше престарелых, больше тяжелых случаев. Усугубляет ситуацию то, что медицинская система в Италии уже упала, поэтому им приходится вводить рационы на процедуры. То есть у них есть один вентилятор легких и два пациента сорока и восьмидесяти лет. Предпочитают отдать вентилятор сорокалетнему, потому что у него все шансы оправиться через пару дней. Это создает этические проблемы, но они только так могут быть решены.

— Эбола была гораздо опаснее коронавируса, но страны на карантин не садились?
— Весь ужас коронавируса заключается в том, что у него смертность не очень высокая. У Эболы высокая смертность и заболевание почти всегда протекает в очень серьезной форме. Заболев Эболой, ты просто лег и уже этот вирус не распространяешь. Вирус сам себя ограничивает. Человек не будет его разносить по соседям и тем более по другим континентам, к больному никто в здравом уме не подойдет. А коронавирус протекает во многих случаях в легкой форме и потому разносится.

Коронавирусы уже были: в 2003 году был SARS, а в 2012-м был MERS и он давал 35% смертности. Он как раз поэтому так быстро был ослаблен. Человек сразу заболевал и точно уже никуда не мог поехать. А тут заболевание нередко легкое, поэтому люди его и разнесли.

— Насколько вам кажется, что коронавирус — раздутая СМИ проблема?
— Это не проблема СМИ, это проблема государственная. Решение принимается исходя из большой статистики как по заболевшим, так и по ресурсам. На мировом уровне было рекомендовано странам вводить карантин там, где это возможно.
— А где-то невозможно?
— Например, в Мексике это невозможно. Заболеваемость там пока не очень большая, она точно будет больше, но там все веселятся и стоят на головах. Дело в том, что в Мексике есть территории, довольно плохо контролируемые собственным правительством. В бедных частях страны у государства нет возможностей для эффективной работы, поэтому посадить там людей на карантин невозможно. Там будет стихийное развитие эпидемии.

Хотя в Мексике есть свой плюс — там жарко. В любой стране, где жарко, этот вирус не так хорошо распространяется, он быстро высыхает. Другое дело в комнате с кондиционером, там он дня три может протянуть. Любой вирус температурно чувствителен и через час от жары высыхает. Летом эпидемия спадет, это точно. Вопрос: она совсем спадет или вернется? Для того чтобы вирус быстро высыхал на открытом воздухе, температура должна быть больше 30 градусов. При этой температуре разрушаются РНК и ДНК вируса.

Чем более организована страна, тем лучше она справляется с эпидемией. Например, Германия отлично справляется. Можно эту страну ставить в пример. Когда в популяции возникает иммунитет к вирусу у подавляющего количества представителей, то вирус сам собой угасает. Это можно назвать конечной точкой эпидемии. Даже если ничего не делать, то, когда примерно 70% людей выздоровеет, после этого оставшиеся люди уже практически не будут заражаться. Эпидемия быстро развивается, пока у популяции нет "стадного" иммунитета.

Исходя из этой предпосылки, страны придерживаются трех стратегий. Первая, как в Мексике, — ничего особо не делаем, ждем, как все развивается. Вторая, как в Европе, США и России — сажаем всех на карантин, растягиваем эпидемию. Третью стратегию выбрала Великобритания. Они подсчитали, что не могут всех защитить. Молодые все равно болеют слабо, поэтому мы посадим на карантин только стариков и это их спасет от вируса. Молодые тем временем переболеют, получат иммунитет и составят необходимые 70%. Решения о том, какой сценарий использовать, зависит от ресурсов страны, структуры населения, структуры экономики и массы других факторов.

— Как вы прокомментируете теорию, что США завезли коронавирус в Китай, возможно ли это?
— Сиквенс (прочитанная последовательность генетического кода. — Прим. ред.) этого вируса хорошо известен. Это обычный природный вирус, он подвержен мутациям и это нормально. Сиквенсы именно этого вируса были опубликованы в декабре по результатам обследования первых заболевших. Мы знаем, какая структура была у него в декабре и какая структура сейчас. Даже те сиквенсы, которые пришли в декабре, не носят отпечатков того, что этот вирус был искусственно создан. Обычно это заметить можно. Если ученый режет РНК или ДНК, то в тех местах, где режут, остаются, условно говоря, следы молекулярных ножниц. Могут стоять определенные нуклеотиды, дублирующиеся последовательности и другие мелкие признаки. Как природа мы пока не умеем работать.

Кроме того, просто придумать вирус в голове и выпустить не получится. Его надо испытать. Причем на мышах его испытать нельзя, он мышей не заражает. На обезьянах провести исследование еще труднее, чем на людях. Обезьяны стоят очень дорого и все на учете. Представить, что кто-то где-то устроил мини-эпидемию на людях и мы об этом ничего не узнали, также невероятно. Как они ее остановили? Это что, на острове было? То есть логистика этой конспирации не работает.

— В одном из интервью вы говорили, что давно ждали вируса, который перейдет с летучих мышей на человека. Почему ждали и почему мы все-таки не готовы?
— У летучих мышей сотни и тысячи вирусов, у каждого вида они свои. У мышей очень мощная иммунная система, которая толерантна к этим вирусам. Она не вырабатывает антитела на вирусы, они просто учатся с этими вирусами сосуществовать. А у людей развивается спелеология, туристы в пещеры лазают. Мыши на них сверху гадят, все это с вирусами. Рано или поздно какой-то вирус от мышей должен был прийти к человеку. В течение последних десяти лет эти исследования очень активно велись. Ученые специально определяли сиквенсы вирусов летучих мышей. Причем для этого не ловились мыши, а собирали их дериваты (экскременты, останки), затем выделяли ДНК и РНК вирусов, делали сиквенсы и анализировали их, восстанавливали вирусные последовательности в компьютерных моделях. Именно потому у нас есть неплохая база знаний о том, что вообще у мышей бывает.

— Кроме летучих мышей, какие еще животные являются носителями опасных для человека вирусов?
— У рыб есть вирусы, у птиц есть вирусы в огромном количестве. Как мы узнали, вирус с птиц может переходить на людей, в случае птичьего гриппа, например. Но надо сказать, что вирусы все-таки обладают видоспецифичностью и чаще меняют хозяина в пределах одной группы животных, поэтому человечество ждет подлости прежде всего от млекопитающих, в меньшей степени от птиц. От рыб и насекомых мы уже не ждем сильных гадостей, потому что наши рецепторы довольно сильно отличаются от рецепторов на их клетках.
Именно потому, что вирусов ждали, Китай и смог так быстро среагировать на вирус атипичной пневмонии. В этой ситуации, надо сказать, ученые сработали отлично: выделили вирус, определили его рецептор, сродство с другими вирусами, как его геном работает, с какими белками взаимодействует. Работа была проведена на отличном уровне и быстро.

— Можно ли заболеть повторно?
— Это очень тонкий вопрос. Началось все с того, что в Японии появилась пациентка, которую выписали, а потом тест показал у нее снова наличие коронавируса. Скорее всего, это был ошибочный изначальный тест, тесты все-таки не идеальны. Сейчас получены данные из Китая, что до 14% людей, которых выписали из госпиталя с двумя негативными тестами, пошли домой, посидели дома, а потом у них взяли еще один тест и он был позитивным. Однако, скорее всего, это не значит повторного заражения, а означает другое — то, что человек остается инфекционным в течение более длительного времени. То есть симптомы закончились, человек выглядит как будто выздоровел, он еще неделю сидит в карантине, после этого ему делают два теста и оба эти теста негативные, а потом еще один тест — и он позитивный. Количество таких третьих позитивных тестов нельзя игнорировать, поэтому теперь в Китае больные должны сидеть в карантине не неделю после выздоровления, а две, и им должны делать три теста, и все они должны быть негативными. Пока это все не очень точно, но это, скорее всего, не повторное заражение. Вирус очень медленно выводится и это имеет большие эпидемиологические последствия, но не такие большие, как повторное заражение.

— При каких условиях эпидемия прекратится?
— Тут два процесса. Один процесс — это процесс эволюции вируса. Мы знаем, что в новом хозяине — а человек новый хозяин для вируса — происходит ослабление вируса. Мы его наблюдали на других вирусах, в том числе коронавирусах. Вирус летучей мыши попал в человека, переход от человека к человеку сопровождается мутациями вируса и они, как правило, ослабляют вирус. Происходит коэволюция вируса, чтобы он мог более-менее сосуществовать с человеком. Этот вирус сейчас к нам приспосабливается. Сколько времени это займет, неизвестно. Он эволюционирует быстрее, чем гепатит С, но не так быстро, как грипп, у него самая высокая скорость эволюции. Это первый процесс, а второй — приобретение иммунитета людьми, то есть идет естественная вакцинация.

https://ria.ru/20200319/1568827215.html