Все чаще слышно о вакцинированных, которые заболели COVID-19. Это было ожидаемо, но люди все равно сгущают краски из-за этой информации. Smithsonian Magazine собрал главное, что следует знать о таких случаях. Заражения не значат, что прививки бесполезны. Все вакцины несовершенны.
Даже прививка от кори, которая считается очень эффективной, не защищает примерно 3% людей. С COVID-19 проблема еще и в том, что с вызывающим болезнь коронавирусом встретиться намного проще, чем с вирусами кори или, скажем, полиомиелита. Тем не менее вакцинированные крайне редко попадают в больницу и умирают.
Варианту SARS-CoV-2 "дельта", вероятно, легче инфицировать вакцинированных. Исследования показывают, что в случае с "дельтой" эффективность вакцин снижается на несколько процентов. Этот вариант более заразный. Кроме того, в носоглотке у зараженных находят на порядки больше вирусных частиц, а значит, больше частиц и в воздухе вокруг них.
Если вакцинированные и заражаются, то обычно болеют не тяжело или вообще ничего не замечают. Из 164 млн вакцинированных американцев от COVID-19 умерли 1507 человек, а исследование среди медицинских работников показало, что у вакцинированных на 58% ниже риск появления жара, они проводят в постели в среднем на два дня меньше, чем другие больные, а выздоравливают — на шесть дней быстрее. Заразившись, вакцинированные могут передать вирус другим. На это указывают поступающие данные, но пока их недостаточно, чтобы точно оценить риски.
Вероятность заразиться после вакцинации для некоторых людей выше. Дело в том, что у людей с ослабленной иммунной системой — получивших донорский орган, больных раком, с запущенной ВИЧ-инфекцией или нелеченым диабетом — хуже формируется защита. Для пожилых риск тоже повышен. Вероятно, в этих случаях не помешает повторная вакцинация. Наконец, даже если иммунная система в порядке, то можно заразиться в плохо проветриваемом помещении, полном людей.
Маски дают дополнительную защиту. Они особенно нужны в помещениях, но их также стоит носить на улице, когда вокруг много людей: известны случаи передачи вируса на музыкальных фестивалях под открытым небом.
Почему не удается переубедить противников прививок
Многие люди до сих пор отказываются вакцинироваться от COVID-19. Доходит до абсурдного: некоторые заболевают и попадают в больницу, но и лежа на койке говорят, что это лучше, чем прививка. Социолог Брук Харрингтон в колонке для The Guardian объясняет, в чем дело и что можно предпринять.
Харрингтон вспоминает статью "О приведении жертвы в чувство". В ней социолог Ирвинг Гофман пишет, что наряду с мошенниками и их жертвами бывает третья сторона — подельник афериста, который пытается утешить оболваненного человека, чтобы тот принял необратимое и молча убрался восвояси.
По наблюдениям Гофмана, все жертвы рано или поздно понимают, что их провели, но почти никогда не сообщают о преступлении. Причина якобы в том, что быть одураченным настолько стыдно, что это подобно социальной смерти. Вместо этого многие просто отрицают произошедшее, утверждая, что с самого начала все понимали. Так они сохраняют достоинство, но в то же время позволяют мошенникам и дальше проворачивать свои аферы. С точки зрения Гофмана, это моральный провал.
Харрингтон пишет, что в 2021 году моральный провал — это заболеть COVID-19 и отрицать пандемию, лежать на больничной койке и ругать прививки, чтобы сохранить лицо, а не чужие жизни. Со сторонниками ошибочных убеждений можно следовать двум стратегиям. Первая — дать им испытать стыд, пережить социальную смерть. Но, вероятно, лучше найти людей, которые помогут им принять произошедшее и приведут в чувство. На эту роль подходят те, кому "жертва" доверяет, чье мнение уважает.
Все мы принадлежим нескольким группам: семье, соседям, коллегам и т.д. К информации в этих группах мы прислушиваемся, и в них мы ищем одобрение. Отрицатели пандемии и антипрививочники такие же: им важно, что происходит в их группах, а в других — не особо. Если чужак станет их стыдить (или, наоборот, выказывать уважение), то они не прислушаются.
Харрингтон пишет о медиа и политиках, к которым прислушиваются антипрививочники, но считает, что от них пока мало толку. По ее мнению, следует искать сообщества антипрививочников в социальных сетях, выявлять в них колеблющихся лидеров мнений и предлагать им поддержку. Хорошо, если с этими лидерами есть что-то общее: религиозные взгляды, город проживания. Может, у них нет миллионной аудитории. Тем не менее они могут привести в чувство тех, кто им доверяет.
Американцы стали чаще умирать от передозировок, но реже кончать с собой
В 2020 году в США число смертей от передозировок подскочило на 30%, до 92,5 тыс., а число самоубийств, наоборот, сократилось с 47,5 тыс. до 44,8 тыс. Это странно: в последние годы два показателя менялись, словно следуя друг за другом. Аномалию попытался объяснить Vox.
Число смертей от передозировок никогда не увеличивалось разом на треть. Вероятно, отчасти дело в фентаниле, опиоидном анальгетике, которым разбавляют более дорогой героин или продают отдельно. Фентанил действует в разы сильнее героина и поэтому более опасен. Он стал распространяться по стране еще до пандемии. Из-за COVID-19 и введенных ограничений поставки не сократились, а даже выросли, как и спрос на наркотики. Предварительные данные показывают, что американцы стали реже умирать из-за героина, а число передозировок фентанилом, наоборот, выросло экспоненциально.
Кроме того, можно предположить, что из-за локдаунов больше людей употребляли наркотики в одиночестве. Если им делалось плохо, некому было их спасти или позвонить в скорую помощь. По идее, в тяжелые времена должно было подскочить и число самоубийств, но этого не произошло. Популярная, но не подтвержденная гипотеза гласит, что дурные мысли развеяла государственная помощь. Замечено, что в странах с развитой социальной защитой число самоубийств сокращается уже десятки лет. Кроме того, чем выше личные доходы, тем реже люди кончают с собой.
Возможно, "пандемийные" выплаты сказались и на передозировках, ведь из-за карантинов осталось меньше возможностей потратить деньги. Но тогда потребители опиатов чаще покупали бы более дорогой героин и, следовательно, реже умирали бы из-за фентанила, а это противоречит имеющимся данным.
Прошлые исследования показывают, что число самоубийств иногда падает во время чрезвычайных ситуаций, а в последующие месяцы и годы растет. Объяснить это можно тем, что сначала беспокойство за других людей не дает замкнуться в себе, а потом длительный стресс из-за тягот вызывает мысли о суициде. Поэтому не исключено, что нынешнее снижение вскоре закончится.
Важно отметить, что самоубийств стало меньше в среднем, тогда как черные и люди латиноамериканского происхождения чаще других жаловались на тревогу и депрессию, а те, кто во время локдаунов вынужден был ходить на работу, чаще задумывались о самоубийстве.
Наконец, часть передозировок могла быть намеренной, но чтобы это уточнить, потребуется время. Трудности с классификацией — одна из причин, почему самоубийства и смерти из-за передозировок объединяют в группу смертей от отчаяния. Если смотреть на статистику под таким углом, то ничего хорошего в ней не видно. Ясно одно: жертв пандемии намного больше, чем умерших от COVID-19.
